# Алекс О’Коннор: «Аргументы Сэма Харриса об объективной морали ошибочны»

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=ZUtXmT_sIxI
Канал: Alex O'Connor
Опубликовано: 09.07.2018

---

В этом видео философ и блогер Алекс О’Коннор (Alex O'Connor) представляет вторую часть своего аргумента против существования объективной морали. Основное внимание уделяется критике позиции Сэма Харриса, изложенной в книге «Моральный ландшафт», где утверждается, что научные факты могут определять объективные моральные ценности. О’Коннор доказывает, что даже в атеистическом и натуралистическом подходе мораль остается продуктом субъективных предпочтений и консенсуса.

## 🎯 Почему поиск «объективности» так важен
[[JUMP:0:00]]

Алекс О’Коннор начинает с объяснения того, почему дискуссия об объективности морали имеет огромное практическое значение. По его мнению, наличие объективного стандарта позволило бы людям диктовать нормы поведения, не опасаясь обвинений в предвзятости или культурном империализме [0:40].

В качестве примеров ситуаций, где объективная мораль была бы полезна, автор приводит:

*   Осуждение практики принудительных браков для детей [0:54].
*   Критику принуждения женщин к ношению бурки [1:00].
*   Осуждение актов насилия в отношении представителей ЛГБТ-сообщества [1:07].

Кроме того, как утверждает О’Коннор, объективная мораль позволила бы человечеству избежать нигилизма, предоставив твердую опору для определения смысла и целей жизни [1:15]. Несмотря на то что О’Коннор хотел бы, чтобы Сэм Харрис был прав из-за этих преимуществ, он считает своим долгом указать на философскую несостоятельность его позиции [2:00].

## 🧠 Сэм Харрис и «этический натурализм»
[[JUMP:1:22]]

Сэм Харрис — один из самых известных сторонников идеи о том, что мораль может быть объективной без обращения к религии. В своей книге «Моральный ландшафт» он продвигает концепцию этического натурализма [2:39].

Ключевые тезисы Харриса в изложении О’Коннора:

1.  Моральные истины могут быть выведены из наблюдаемого эмпирического мира [2:39].
2.  Можно перейти от «есть» (факты о мире) к «должно» (как нам следует себя вести), что прямо противоречит знаменитой «гильотине Юма» [2:53].
3.  Основой морали является благополучие сознательных существ.

О’Коннор отмечает, что влияние Харриса настолько велико, что большинство современных атеистов, вероятно, считают мораль объективной именно благодаря его доводам [1:34]. Однако ведущий полагает, что фундамент Харриса разрушается по той же причине, что и религиозная мораль: он претендует на объективность, но в своей основе опирается на субъективность [2:26].

## 🖐️ Аргумент «горячей плиты»: ошибка консенсуса
[[JUMP:3:06]]

Для иллюстрации своей позиции Харрис часто использует пример с горячей плитой. Он утверждает, что если вы сомневаетесь в объективности того, что «плохой опыт» действительно плох, вам достаточно положить руку на горячую плиту [3:34]. Харрис считает, что мы должны избегать того, что «реально и по-настоящему ужасно» [3:48].

Алекс О’Коннор находит в этом рассуждении фатальную логическую ошибку — подмену понятий:

*   **Мнение Харриса:** Если все согласны, что боль — это плохо, то боль является объективно плохой [4:01].
*   **Контраргумент О’Коннора:** Тот факт, что все субъективно реагируют на боль одинаково, не делает боль объективно плохой. О’Коннор утверждает, что истина — это не вопрос демократии или консенсуса [4:15].

Для пояснения автор приводит аналогию с покраской комнаты:

*   Представьте, что вы и ваш сосед по комнате считаете, что синий — лучший цвет для стен [4:29].
*   Ваше полное согласие позволяет вам действовать так, *как если бы* синий был объективно лучшим цветом [4:55].
*   Однако даже если бы каждый человек в мире согласился с этим, синий цвет не стал бы «объективно лучшим», так как это утверждение всё равно зависит от человеческого мнения [5:36].

## 🔄 Проблема кругового определения
[[JUMP:7:10]]

О’Коннор критикует Харриса за попытку переопределить слово «хорошо» через другие понятия, такие как «избегание боли» или «благополучие». По мнению автора, это ведет к круговой аргументации [9:04].

Если вы определяете «хорошо» как «то, что соответствует нашим предпочтениям» (например, желанию избежать боли), то в основе вашего определения всё равно лежит субъективность (предпочтение) [7:10]. О’Коннор выделяет три необоснованных предположения в аргументации Харриса [10:23]:

1.  **Допущение существования «долженствования»:** Харрис начинает фразу со слов «если мы должны что-то делать», хотя именно существование этого «должны» он и пытается доказать [10:35].
2.  **Консенсус как истина:** Предположение, что всеобщее ощущение боли как зла делает боль объективным злом [11:01].
3.  **Инстинкт как доказательство:** Предположение, что мы *должны* избегать плохого. Это кажется интуитивно верным, но не может быть доказано объективно [11:14].

Автор ссылается на философа Дж. Э. Мура, который утверждал, что у понятия «хорошо» нет синонимов (как и у цвета «желтый»). Нельзя объяснить, что такое «хорошо» тому, кто этого не испытывал, и нельзя заменить его натуралистическими терминами вроде «счастья» или «благополучия» без потери смысла [11:41].

## 🇩🇪 Как спорить с нацистом: субъективность в действии
[[JUMP:14:19]]

Распространенное возражение против субъективной морали заключается в том, что она якобы лишает нас возможности осуждать исторические преступления. Христианский апологет Уильям Лейн Крейг утверждает, что если мораль субъективна, то невозможно доказать нацисту, что Холокост был злом [14:32].

О’Коннор не согласен с этим выводом. Он считает, что мы можем переубеждать людей, используя разум и логику, даже опираясь на субъективные предпосылки [15:22]:

*   Даже если вы не согласны с нацистом по поводу Холокоста, у вас наверняка найдется какая-то точка субъективного согласия на более глубоком уровне [15:35].
*   Например, если и вы, и нацист субъективно цените «собственное благополучие» или «стабильность общества» [15:47].
*   Если удастся логически доказать, что Холокост вредит стабильности общества или личному благополучию этого человека, вы докажете ошибочность его позиции, исходя из *его собственных* субъективных ценностей [16:26].

Таким образом, по мнению О’Коннора, мораль может функционировать на практическом уровне. Мы можем использовать слова «должен» или «следует», пока существует точка субъективного согласия [13:53]. Мы можем признать, что Холокост — это зло, не нуждаясь в «космическом» или «объективном» подтверждении этого факта [17:35].