# Иеромонах Иоанн (Гуайта): «Единственный грех, который не прощается, — это когда очевидное зло называют добром»

Источник: https://www.youtube.com/watch?v=Oa_WFY4UnWI
Канал: Tell Gordeeva 
Опубликовано: 11.10.2022

---

Иеромонах Иоанн (Гуайта) живет в России 36 лет. Уроженец Сардинии и священник РПЦ считает главной трагедией современности подмену понятий, при которой очевидное зло называют необходимостью или добром.

## ⛪ Убежище за церковной оградой
[[JUMP:01:23]]

В 2019 году иеромонах Иоанн (Гуайта) открыл двери храма святых бессребреников Космы и Дамиана для протестующих, которых преследовала полиция [01:39]. Молодые люди прыгали через высокую ограду церковного дворика, спасаясь от задержаний. Священник вспоминает, что в тот момент его беспокоила только безопасность людей: одна девушка поранилась при прыжке, и он принес аптечку из алтаря [02:41].

Иоанн (Гуайта) не разделяет прихожан по политическим взглядам или вероисповеданию. После того как протестующие оказались в безопасности, он предложил им остаться на молитву «об умножении любви» [03:08]. По словам иеромонаха, многие подростки и студенты зашли в храм и молились вместе с ним до конца службы [03:25].

## 🇮🇹 Путь из Сардинии в московский клир
[[JUMP:03:25]]

Иоанн (Гуайта) получил образование историка и литературоведа. Его путь к православию начался с интереса к русской культуре: иконам, книгам Федора Достоевского и фильмам Андрея Тарковского [06:55]. Он признается, что не может точно определить момент перехода в православие, как не может вспомнить, когда начал видеть сны на русском языке [05:57].

На духовное становление иеромонаха повлиял священник Александр Мень [06:42]. Иоанн (Гуайта) считает себя «западным человеком», который стал москвичом по духу. Он живет в Москве в два раза дольше, чем в родном городе на Сардинии, и планирует получить российское гражданство [23:52].

## ✍️ Оптимизм «Монаха в карантине»
[[JUMP:07:19]]

Во время пандемии коронавируса Иоанн (Гуайта) написал книгу «Монах в карантине». Это дневник наблюдений человека в самоизоляции, где воспоминания о детстве соседствуют с богословскими размышлениями [08:50]. Автор называет христианство религией оптимистов, так как оно постулирует победу над смертью [14:13].

Первое издательство отказалось печатать книгу, сочтя её слишком сложной для «таксистов и продавщиц» из-за упоминаний Петрарки и терминов вроде «секуляризм» [10:32]. В итоге рукопись опубликовало издательство «Практика», специализирующееся на медицинской литературе [11:04]. Иеромонах настаивает: христиане — это люди, которые заранее знают вопросы на «Страшном суде», и эти вопросы касаются милосердия к голодным, больным и заключенным [16:03].

## ⚖️ Где Бог во время войны
[[JUMP:16:52]]

На вопрос о том, где находится Бог во время обстрелов и насилия, Иоанн (Гуайта) отвечает: Бог там, где его присутствие кажется невозможным [17:18]. Он страдает вместе с теми, кто чувствует себя покинутым. Иеромонах цитирует Христа на кресте: «Боже мой, почему Ты меня оставил?» — это высшая точка солидарности Бога с человеческим страданием [17:51].

Священник называет события в Украине огромной ошибкой [28:38]. Он считает, что в текущей ситуации важно не молчать и честно выражать свое мнение в кругу близких и друзей [19:28]. При этом он осуждает западную политику «отмены» русской культуры и запреты на въезд для россиян, называя это формой дискриминации [24:20].

## ⚔️ Единственный непростительный грех
[[JUMP:46:28]]

В Евангелии упоминается только один грех, который не прощается, — хула на Святого Духа [46:44]. Иоанн (Гуайта) трактует это как сознательное называние добра злом и наоборот. Когда очевидное убийство или насилие оправдывают «необходимостью», это становится духовной катастрофой [47:35].

*   Церковь в России исторически тяготеет к византийской модели «симфонии» с властью [25:03].
*   В отличие от католичества, православие часто отождествляет себя с конкретной нацией и государством [26:16].
*   Иеромонах подчеркивает: если позиция церкви полностью сливается с позицией Кремля без нюансов, это печальный факт [27:53].

## 🧘 Монашество как христианский экстремизм
[[JUMP:30:29]]

Для Иоанна (Гуайта) монашество — это «христианство в экстремальных условиях» [32:43]. Он сравнивает свою жизнь с хорошо сидящим костюмом и не представляет себя в другой роли [31:55]. Важной частью его практики является «день тишины» в начале недели, когда он остается наедине с Богом без суеты и общения [30:34].

Священник переосмысляет понятие «страх Божий». Он объясняет это чувство не как панику, а как трепет перед чем-то хрупким [35:10]. Иоанн (Гуайта) приводит пример из работы в перинатальном хосписе: когда держишь голову новорожденного младенца, боишься повредить его [36:32]. Это бережное отношение и есть истинный страх оскорбить Бога своим действием.

## 🔭 Обсерватория у аналоя
[[JUMP:39:17]]

Аналой в храме, за которым проходит исповедь, иеромонах называет «обсерваторией» [40:18]. С этой точки священник видит панораму жизни всего общества. К нему приходят судьи, не желающие выносить неправосудные приговоры, зависимые люди и те, кто мучается выбором: уезжать из страны или оставаться [41:17].

Иоанн (Гуайта) принципиально не дает советов по бытовым вопросам и не благословляет «отпуск в Крыму» [42:31]. Он считает, что человек должен сам нести ответственность за свои решения. Священник отмечает, что сейчас люди в России находятся в состоянии глубокой тревоги и внутренней трагедии [42:13].

## 🩹 Покаяние и опыт Италии
[[JUMP:43:33]]

Опираясь на опыт послевоенной Италии, иеромонах рассуждает о будущем России. Он напоминает, что Италия закрепила в конституции запрет на фашистскую символику и партии [44:34]. По его мнению, России после окончания конфликта потребуются честные выводы на всех уровнях [45:06].

Покаяние — это не просто слова «простите», а признание ошибки и возмещение ущерба [46:17]. Иоанн (Гуайта) приводит аналогию: если разбил чужую машину, нужно не только извиниться, но и купить новую. Без компенсации вреда и осознания греха выйти из травмы невозможно [45:48].

## ⚓ Смерть в «Доме с маяком»
[[JUMP:1:27:32]]

Иеромонах много лет окормляет детский хоспис «Дом с маяком». Он признает, что смерть ребенка — это событие, которое ставит под вопрос саму веру [1:29:12]. Священник не пытается оправдать страдания детей волей Бога. Он говорит родителям: Бог не наказывает детей за грехи предков, это ересь [1:29:57].

Для Иоанна (Гуайта) Бог — это не «кукловод», который дергает за ниточки и спасает или губит по настроению [1:35:18]. Это «слабый Бог», который добровольно отказался от всемогущества ради любви. Он не предотвращает смерть, но умирает вместе с каждым ребенком, разделяя его боль до конца [1:36:12].