Пять лет назад Хабаровск стал центром самого масштабного регионального протеста в современной истории России. Арест губернатора Сергея Фургала вывел на улицы десятки тысяч людей, чьи лозунги гремели более ста дней. Сегодня, в 2025–2026 годах, имя Фургала снова в заголовках: экс-чиновнику, уже отбывающему 22-летний срок, грозит фактически пожизненное заключение по второму, «экономическому» делу.
В новом материале Илья Варламов вместе с журналистом Ильей Азаром, адвокатом Евгением Смирновым и жителями Хабаровска разбирается, почему лояльный системе политик стал для Кремля опаснее оппозиционеров, как бизнес-интересы переплелись с уголовным преследованием и почему поддержка Фургала в России теперь официально приравнена к экстремизму.
⚖️ Второе дело и «колесо преследований» 4:40
На конец 2025 года Сергей Фургал находится в финальной стадии второго судебного процесса, который называют «экономическим» . Если первый приговор касался организации убийств в 2004–2005 годах, то нынешнее обвинение строится вокруг событий 2018–2020 годов. Гособвинение запросило для экс-губернатора 22 года колонии, что по совокупности приговоров может увеличить его общий срок до 25 лет строгого режима — фактически до пожизненного заключения для человека его возраста .
Суть нового дела заключается в следующем:
- Управление бизнесом: По версии следствия, будучи депутатом Госдумы и губернатором, Фургал тайно руководил структурами группы «Торекс» .
- Хищения: Его обвиняют в хищении более 2 млрд рублей у «МСП Банка» и около 9 млн долларов у британской компании Global Medcorp Ltd через сложные кредитные схемы .
- Завод «Амурсталь»: Следствие утверждает, что обвиняемые пытались присвоить имущество завода на сумму свыше 1,2 млрд рублей .
Сам Сергей Фургал в своем последнем слове называет дело сфабрикованным. Он подчеркивает абсурдность обвинений: по его словам, он физически не мог управлять группой компаний из Москвы из-за разницы в часовых поясах и отсутствия полномочий . Также он напомнил, что в 2019 году был назначен Путиным в Госсовет, и тогда все проверки спецслужб не находили в его деятельности нарушений .
🚩 Протест, ставший легендой: «Майдан» по-хабаровски 12:22
Хабаровские протесты 2020 года стали уникальным явлением для России. В отличие от московских митингов, они отличались поразительной регулярностью и отсутствием единого лидера . Журналист Илья Азар отмечает, что по уровню самоорганизации и готовности людей терпеть лишения (штрафы, аресты) эту историю можно сравнить с «Майданом», хотя в Хабаровске не было захвата зданий или вооруженной борьбы .
Особенности хабаровского феномена:
- Масштаб: На улицы 600-тысячного города выходило до 100 тысяч человек .
- Креативность: Акции проходили под видом «кормления голубей», чтобы формально избежать обвинений в организации митингов .
- Идеологический микс: В одной толпе объединились либералы, националисты, сторонники Навального и обычные пенсионеры .
Спустя годы судьбы лидеров протеста сложились трагично или трудно. Активист Валентин Квашников (известный образом в шляпе) умер в 2025 году . Священник Андрей Винарский был лишен приходов , а глава местного штаба Навального Алексей Ворсин покинул страну из-за уголовного преследования .
💰 Бизнес Ротенбергов и политическая «папочка» 21:23
Одной из ключевых версий устранения Фургала остается конфликт вокруг завода «Амурсталь» — крупнейшего металлургического предприятия региона. Собеседники Варламова утверждают, что политическое преследование стало инструментом в бизнес-разборках .
По мнению жителя Хабаровска Станислава Зимина, Фургал нарушил три негласных правила:
- Политическое: Отказался быть «номинальным» замом при губернаторе-единоросе и пошел на выборы сам .
- Экономическое: По версии сторонников экс-губернатора, он отказался отдать долю в «Амурстали» структурам, связанным с братьями Ротенбергами (через инвестора Павла Бальского) .
- Административное: Не обеспечил нужный результат Единой России на выборах в региональный парламент, который в итоге полностью заняла ЛДПР .
Адвокат Евгений Смирнов полагает, что на многих региональных политиков в ФСБ годами лежат «папочки» с компроматом из 90-х, которые активируются только в момент проявления нелояльности .
🚫 Экстремизм и цензура: Стратегия запугивания 26:27
В 2024 году движение «Я/Мы Сергей Фургал» было признано экстремистской организацией . Адвокат Смирнов считает «экстремизацию» удобным инструментом власти: теперь любое упоминание Фургала в положительном ключе, наличие наклейки на машине или старой аватарки в соцсетях может стать поводом для уголовного дела .
Это привело к тому, что протест «ушел на кухни». Местные жители, как утверждает Георгий из Хабаровска, не изменили своего мнения о губернаторе, но сильно запуганы . Публичное пространство в регионе полностью зачищено от упоминаний политика, а региональные СМИ жестко цензурируются .
👤 Феномен «народного губернатора» 33:05
Почему хабаровчане так полюбили Фургала, который не был профессиональным оппозиционером и голосовал в Госдуме за «драконовские» законы? Илья Азар считает, что секрет в простой человечности: Фургал умел говорить с людьми без чиновничьего пафоса .
Среди реальных достижений Фургала жители называют:
- Решение проблемы школьного питания: он отменил разделение меню на «платное» (хорошее) и «бесплатное» (плохое) .
- Транспортная доступность: снижение стоимости авиабилетов в отдаленные северные районы края .
- Помощь сиротам и дольщикам: личное участие в решении жилищных вопросов .
При этом Варламов отмечает, что криминальное прошлое бизнесмена из 90-х, занимавшегося ломом и лесом, вполне вероятно . Однако главный вопрос общества не в связях с криминалом, а в избирательности правосудия: почему обвинения всплыли именно тогда, когда рейтинг губернатора превысил рейтинг президента Путина ?
🏛️ Юридические странности и символ России 50:10
Адвокат Евгений Смирнов указывает на ряд грубых нарушений в процессе, которые позволяют считать дело политически мотивированным :
- Нарушение подсудности: Дело вопреки закону рассматривали не в Хабаровске, а в Москве .
- Давление на присяжных: Часть из них открыто заявляла о вмешательстве в их работу .
- Пыточные условия: Показания ключевых свидетелей были получены после месяцев содержания в СИЗО в жестких условиях .
Дело Фургала стало символом того, что в современной России даже максимальная лояльность системе не гарантирует безопасности, если политик обретает реальную, а не назначенную народную поддержку.
