«Если американское правительство способно скрыть детали убийства собственного президента, для него буквально нет ничего невозможного», — эта радикальная мысль задает тон бескомпромиссному разбору современной политической системы. Журналист Такер Карлсон и политический комментатор Дэйв Смит препарируют изнанку западной геополитики, от истинных причин украинского кризиса до цинизма ближневосточных конфликтов. Это глубокий разговор о крахе традиционных медиа, двойных стандартах истеблишмента и о том, почему абсолютная медийная независимость сегодня требует полного отказа от чужих денег.
🎙️ Дебаты на подкасте Джо Рогана: разоблачение экспертного класса и закулисье геополитики 0:13
Высокомерие вместо аргументов: почему дебаты с Дугласом Мюрреем провалились 0:13
В начале беседы Такер Карлсон просит Дэйва Смита дать ретроспективную оценку его нашумевшим дебатам с известным британским обозревателем Дугласом Мюрреем . По мнению Смита, выступление Мюррея на подкасте Джо Рогана стало для последнего абсолютным и публичным провалом . Дэйв Смит отмечает, что уже в первые полчаса почувствовал, насколько нелепо выглядит его оппонент в реальном времени .
Вместо того чтобы вести содержательную дискуссию, Дуглас Мюррей начал дебаты с поучений в адрес аудитории . Он высокомерно заявил, что ведущие подкастов и их гости попросту не имеют квалификации для обсуждения столь сложных тем, и призвал доверять исключительно «классу экспертов» . Смит подчёркивает абсурдность этой позиции, особенно с учётом того, что Мюррей озвучил её на шоу The Joe Rogan Experience — платформе, которая сама по себе является символом альтернативных медиа . После провальной политики эпохи пандемии COVID-19 попытка убедить людей слепо доверять экспертам выглядела нелепо .
Смит характеризует манеру ведения спора Мюррея как «уловку из частной школы» (boarding school vibe) . Этот стиль дебатов заключается в постоянном жонглировании именами и цитатами для создания иллюзии глубокой эрудиции, которой на самом деле нет . На деле Мюррей — такой же журналист, которого иностранные правительства возили в дорогостоящие пиар-туры для завоевания его лояльности .
Для иллюстрации поведения оппонента Смит приводит аналогию из мира смешанных единоборств (UFC) :
- Представьте двух бойцов, которые подписали контракт, прошли лагерь и вышли в октагон на Мэдисон-сквер-гарден .
- Но вместо боя один опускает руки и говорит: «Я настолько лучше тебя как боец, что сам факт нашего поединка смешон» .
- Если ты действительно лучше, ты должен доказать это в бою, а не уходить от аргументов .
Даже сторонники Израиля позже признавали в личных сообщениях Смиту, что аргументация Мюррея была слабой и высокомерной . Объявив себя экспертом, Мюррей лишь завысил планку ожиданий, но в итоге не смог ответить ни на один ключевой тезис Смита . Дэйв отмечает свою готовность менять мнения под давлением фактов и книг (ранее в разговоре он вскользь упоминал эволюцию своих взглядов от атеизма до про-лайф позиций). При этом такие фигуры, как Мюррей, не способны признать неправоту , даже когда они последовательно ошибались по Ираку, Афганистану, Ливии, Украине и COVID .
После дебатов Мюррей опубликовал статью в New York Post, где перешел на личности, обвинив Смита в том, что тот якобы лишь «заявляет о некоем еврейском происхождении», чтобы защищаться от критики . Смит парирует это фактами: его родители — евреи , а тест ДНК показал 86% ашкеназского происхождения . Впрочем, Дэйв убеждён, что этническая принадлежность вообще не должна быть темой в спорах о действиях суверенных государств . По мнению Смита, Мюррей разрушил не карьеру, которая останется стабильной благодаря его связям с элитами, а свою репутацию . Его поведение напоминает предвыборную кампанию Камалы Харрис с Лиз Чейни — это работа не на широкую аудиторию, а попытка доказать конкретным источникам силы свою лояльность .
Расширение НАТО на восток как триггер украинского конфликта 6:17
Одним из центральных блоков дебатов, по словам Дэйва Смита, стало обсуждение предыстории конфликта на Украине . Дуглас Мюррей настаивал на стандартном нарративе: расширение НАТО не имеет отношения к делу, поскольку альянс никого не присоединял силой, а восточноевропейские страны сами добровольно стремились в него вступить .
Смит соглашается, что мотивы этих стран понятны — они хотели субсидировать свою оборону за счёт сильнейшей державы в истории . Однако ключевой вопрос заключается в том, зачем на это пошли США . В качестве аргументов Смит привёл два неоспоримых факта :
- Меморандум «Нет значит нет» (Nyet means Nyet): Секретная дипломатическая депеша 2008 года, написанная Уильямом Бёрнсом (тогдашним послом США в России, а ныне директором ЦРУ при администрации Джо Байдена) на имя Кондолизы Райс . Документ стал известен общественности исключительно благодаря публикации Джулиана Ассанжа . В депеше Бёрнс чётко предупреждал, что вступление Украины в НАТО — это «ярчайшая из всех красных линий» для Москвы, переход которой может спровоцировать гражданскую войну на Украине и вынудит Россию вмешаться .
- Признание генсека НАТО: Йенс Столтенберг открыто подтвердил, что в конце 2021 года Владимир Путин направил проект договора, обещая не начинать военные действия, если НАТО предоставит письменные гарантии невступления Украины в альянс .
Оба этих факта доказывают, что все ключевые игроки прекрасно осознавали: именно расширение НАТО является главным триггером конфликта . Тем не менее, единственным ответом Мюррея на эти системные доказательства стало бездоказательное утверждение, будто война вызвана исключительно желанием Путина воссоздать Советский Союз .
Миф о гуманитарной интервенции: давние планы Пентагона по свержению Каддафи 10:16
Ещё одним показательным моментом дискуссии стало обсуждение интервенции в Ливии . Дуглас Мюррей утверждал, что кампания против Муаммара Каддафи носила исключительно гуманитарный характер, поскольку существовали опасения, что лидер Ливии начнёт геноцид собственного народа . Смит на это иронично возразил, напомнив, что итогом этой «гуманитарной» миссии стало появление открытых невольничьих рынков в Триполи .
Чтобы доказать системный характер американского экспансионизма, Дэйв Смит сослался на авторитетные свидетельства :
- Свидетельство генерала Уэсли Кларка: Четырёхзвёздный генерал ещё в 2001 году в интервью Эми Гудман на Democracy Now признался, что в Пентагоне уже тогда существовали детальные планы по свержению правительств семи стран за пять лет, включая Ливию .
- Уточнения в дебатах со Скоттом Хортоном: В эфире у Пирса Моргана военный аналитик Скотт Хортон (автор книги Provoked) напрямую столкнулся с Уэсли Кларком. Генерал признал, что первоначальные планы по дестабилизации этих режимов разрабатывались в офисе Пола Вулфовица ещё в 1991 году , после чего они были временно заморожены и позже реанимированы Ричардом Перлом .
Эти данные доказывают, что свержение Каддафи планировалось за десятилетие до якобы «гуманитарного» повода . В ответ на эти исторические факты Мюррей прибег к типичной манипуляции . Он заявил, что упоминание имени Пола Вулфовица, которое «начинается с названия животного и звучит по-еврейски», якобы разжигает антисемитизм .
В этом контексте Такер Карлсон и Дэйв Смит также затронули тему манипуляций обвинениями в антисемитизме для цензуры, которая детально анализируется в последующих главах. Дэйв Смит подчеркнул, что использование подобных «прогрессивных» (woke) методов защиты абсолютно неприемлемо, когда речь идёт об оценке действий государственных чиновников, ответственных за развязывание войн и гибель сотен тысяч людей .
🏛️ Переосмысление исторической эмпатии и крах светских догм 27:24
В защиту историка Дэрила Купера: Эмпатия против навешивания ярлыков 27:24
Дэйв Смит решительно заступает на защиту историка Дэрила Купера , которого он считает одним из величайших и наиболее глубоких исследователей в Соединенных Штатах . Поводом для этого стали агрессивные нападки со стороны Дугласа Мюррея, который в одном из недавних выступлений лично атаковал Купера, даже не потрудившись запомнить его имя, но фактически клеймя его как «нациста» . Ранее в разговоре собеседники касались критики неоконсерваторов , отметив, что попытки заглушить честное историческое обсуждение лишь способствуют росту реальных предрассудков .
Смит подчеркивает абсурдность нападок на Купера: в реальной жизни Дэрил — исключительно порядочный, либеральный и глубоко верующий христианский человек , который органически не приемлет нацизм и никогда бы не причинил никому вреда .
Метод Купера как историка строится на двух фундаментальных правилах:
-
Во-первых, он стремится прочитать абсолютно все доступные материалы по исследуемой теме, демонстрируя феноменальную эрудицию и работоспособность .
-
Во-вторых, он исходит из принципа гуманизма: каждый участник исторических событий когда-то был невинным трехлетним ребенком . Историк обязан приложить все усилия, чтобы встать на место каждого участника конфликта и понять его мотивы с обеих сторон .
Этот подход, основанный на чистой эмпатии , помогает дерадикализировать людей. В качестве примера Смит приводит монументальный 30-часовой аудиосериал Купера «Страх и трепет в Новом Иерусалиме» , охватывающий период с 1890-х годов по 1947 год . Этот детальный разбор зарождения сионизма позволил Смиту глубже понять мотивы ранних сионистов как реальных людей, реагировавших на обстоятельства своего времени , и проявить к ним искреннее сочувствие . Однако в сегодняшнем поляризованном обществе попытка проявить человечность и детально разобраться в истории вместо слепого осуждения немедленно карается обвинениями в нацизме .
Инструментализация Второй мировой: Моральный щит американской империи 33:57
Официальный исторический нарратив Второй мировой войны давно превратился в инструмент пропаганды, используемый властями США для морального оправдания любых последующих агрессивных военных интервенций . Дэйв Смит отмечает, что стоит кому-то подвергнуть сомнению этические аспекты действий союзников — например, моральную оправданность ядерных бомбардировок японских городов , — как система немедленно реагирует яростным отторжением. Любая подобная критика воспринимается как атака на базовые моральные устои Американской империи .
Защитники любых современных агрессивных действий неизменно ссылаются на опыт Второй мировой . Их логика проста и деструктивна: «Мы совершали подобные действия во время Второй мировой войны, и мы — хорошие парни, следовательно, хорошим парням позволено уничтожать целые народы» . На протяжении десятилетий эта модель использовалась для легитимации катастрофических внешнеполитических кампаний США. Практически каждый лидер, объявленный врагом Вашингтона, немедленно сравнивался с Адольфом Гитлером:
Из истории вычленяется лишь один удобный урок: компромисс и дипломатия (отождествляемые с Невиллом Чемберленом) — это всегда слабость и ошибка, а военная эскалация — единственный верный путь . Смит подчеркивает, что его критика направлена не против конкретных иностранных государств, а против правительства США, политику которого он спонсирует своими налогами . В ответ Такер Карлсон вспоминает свой собственный опыт психологического сопротивления, когда он, будучи ведущим на «Ралли за Республику» Рона Пола в 2008 году , эмоционально отверг альтернативные теории о событиях 11 сентября . Это доказывает, насколько болезненно люди реагируют на разрушение их привычной картины мира .
Критика атеизма и светские квазирелигии: Блеск и нищета светского рационализма 44:40
В продолжение беседы Дэйв Смит обращается к философским аспектам мировоззрения своих оппонентов, доказывая несостоятельность атеизма . По его мнению, «чистых» атеистов в реальности не существует . Человеческая природа такова, что то, что человек ставит на вершину своей системы ценностей, неизбежно трансформируется в его религию . Не верящие в Бога интеллектуалы просто заменяют Творца своими политическими и идеологическими догмами, превращая их в жесткую светскую квазирелигию , а любое несогласие с ними воспринимают как религиозное богохульство .
Ярким примером такого догматизма выступает публичный интеллектуал Сэм Харрис . Карлсон зачитывает цитату Харриса, в которой тот называет Такера «профессиональным создателем дезинформации, который лжет так же естественно, как дышит» . Смит указывает на глубокие противоречия в позиции Харриса, позиционирующего себя как рационалист:
-
Харрис активно поддерживал войну в Ираке и применение пыток .
-
Он стал жертвой медийных манипуляций вокруг «Рашагейта» и верил, что Дональд Трамп — русский шпион .
-
Он горячо одобрял жесткие локдауны и принудительную вакцинацию во время пандемии .
Смит с иронией отмечает абсурдность фигуры Харриса, который днем выступает в роли гуру медитации, а ночью оправдывает ковровые бомбардировки гражданского населения .
Более того, философия Харриса содержит фундаментальное логическое противоречие. Будучи детерминистом, Харрис публично отрицает концепцию свободы воли . Однако он продолжает искренне злиться на Смита и Карлсона за их высказывания, хотя, согласно его же собственной теории, у них просто нет выбора и они запрограммированы действовать именно так . Смит также приводит в пример биолога Бретта Вейнстейна, который в спорах с Карлсоном вынужден признавать, что «живет так, будто Бог существует», создавая тем самым классическое перформативное противоречие . Идеологическая хрупкость этих мыслителей проистекает из того, что их догматический фундамент, годами выстраиваемый на глазах публики, начинает стремительно рушиться под давлением фактов . Одним из примеров такой непоследовательности Смит называет Бен Шапиро, который построил карьеру на жестком противостоянии политике идентичности , но при этом сам является страстным сионистом, защищающим проект, который по своей сути представляет собой чистейшую форму политики идентичности .
📻 Крах медийной монополии, неоконсервативный провал и ярлык антисемитизма 51:23
Децентрализация медиа и падение монополии «истеблишмента» 51:23
Технологический прогресс и развитие независимых подкастов кардинально изменили медийную карту мира . По мнению Дэйва Смита, сегодня мы переживаем глубокую информационную революцию, приведшую к децентрализации медиа . Эпоха, когда несколько крупных телеканалов и газет обладали монополией на формирование общественного мнения, безвозвратно ушла в прошлое . Историк Том Вудс называл прежние рамки дозволенного дискурса «карточкой 3 на 6 дюймов», за пределы которой общественное обсуждение не могло выйти .
В этой жестко контролируемой среде корпоративные СМИ создавали иллюзию консенсуса, транслируя схожие мнения как с левого, так и с правого фланга . Дэйв Смит с иронией вспоминает, как Нэнси Пелоси выставляли «крайне левой» активисткой, хотя ее реальные взгляды и корпоративные связи были далеки от левого крыла . Сегодня этот фасад рухнул . Независимые авторы собирают многомиллионные аудитории, превосходящие охваты традиционного кабельного ТВ, оставаясь при этом совершенно неизвестными для топ-менеджеров старых медиагигантов .
Смит делится личным опытом: в начале своей карьеры в 2014–2015 годах он был абсолютно беден , зарабатывая около 25 тысяч долларов в год . Когда телеканал Fox News начал проявлять к нему интерес и намекать на контракт в 100 тысяч долларов в год , от него мягко потребовали сгладить углы в вопросах внешней политики . Однако Смит сознательно отказался идти на компромисс со своей совестью, выбрав честность и ориентируясь на своего кумира Рона Пола . Отсутствие зависимости от корпоративных бюджетов позволило ему сохранить авторитет и доверие слушателей .
Эта новая реальность вызывает панику у представителей старого истеблишмента. В качестве примера Смит приводит реакцию Дугласа Мюррея и Барри Вайс на растущее влияние независимых платформ . Вместо открытой дискуссии они пытаются оказывать давление на таких ведущих, как Джо Роган, обвиняя их в «предоставлении платформы» неугодным гостям — термин, который Смит считает типичным проявлением цензуры левого толка, перенятым так называемым консервативным истеблишментом .
Влияние неоконсерваторов на американскую внешнюю политику 58:22
Разрушение монополии традиционных СМИ позволило открыто поднять тему деструктивного влияния неоконсерваторов на американскую внешнюю политику . Изначально термин «неоконсерватор» не нес в себе негативного оттенка; сторонники этого движения сами гордо использовали его . Дэйв Смит отмечает, что Дуглас Мюррей даже написал книгу под названием «Неоконсерватизм: почему он нам нужен» . Такер Карлсон, проработавший бок о бок с неоконами много лет, подтверждает, что они охотно называли себя так, пока их внешнеполитические инициативы не обернулись катастрофой .
Ключевые программные документы движения, такие как манифесты «Проекта за новый американский век» (PNAC) и меморандум «Чистый прорыв» (Clean Break) , четко формулировали стратегию национальной гегемонии. Меморандум, подготовленный Ричардом Перлом и Дэвидом Вормсером для Беньямина Нетаньяху в 1996 году, предлагал отказаться от мирных переговоров в Осло . Вместо поиска компромиссов с палестинцами неоконсерваторы сделали ставку на свержение режимов на Ближнем Востоке силами США .
Их идеология строилась на циничном убеждении, что для демонстрации силы Америке необходимо каждые десять лет «бросать какую-нибудь маленькую страну об стену» . Они искренне верили, что насильственное устранение Саддама Хусейна в Ираке, свержение Муаммара Каддафи в Ливии (подробнее эти события обсуждались в первой главе) и падение режима мулл в Иране запустят волну демократизации в регионе . На практике же каждая из этих интервенций привела к хаосу, гуманитарным катастрофам и ослаблению позиций самих США, что легко прогнозировали более мудрые аналитики . Вместо признания ошибок сегодняшние неоконы предпочитают обвинять критиков в предвзятости, пытаясь защитить свое провальное наследие .
Манипуляции обвинениями в антисемитизме для цензуры 53:34
Одним из главных инструментов защиты неоконсервативного курса и израильской политики от любой критики стала манипуляция обвинениями в антисемитизме . Смит приводит в пример реакцию на слова Бена Шапиро, который прямо заявлял, что его любимая черта в США — это защита Израиля . Когда оппоненты указывают на двойную лояльность подобных спикеров, медийный мейнстрим моментально объявляет это «антисемитским тропом» . Смит, будучи евреем по происхождению, подчеркивает свою любовь к еврейской культуре , но настаивает на необходимости разделять еврейский народ и политику иностранного государства .
Практика навешивания ярлыков доходит до абсурда. Марк Левин публично обвинил в антисемитизме Стива Уиткоффа за его твит о том, что «неоконсервативное крыло считает войну единственным решением проблем» . Левин заявил, что термин «неоконсерватор» является скрытым оскорблением евреев . При этом сам Уиткофф приложил колоссальные усилия для освобождения заложников в рамках дипломатического процесса . Подобные необоснованные обвинения не только дискредитируют реальную борьбу с ксенофобией , но и сеют искусственный раскол в обществе .
Смит указывает на глубокое лицемерие медиафигур вроде Гленна Бека, который со слезами на глазах обсуждает политику Израиля с Дугласом Мюрреем , но никогда не проявляет подобной эмоциональности по отношению к внутренним проблемам США . В то же время тех, кто выступает против бесконечных американских войн на Ближнем Востоке, теперь клеймят «пробужденными правыми» (woke right) . Этой же логике подчинены попытки законодательно ограничить право граждан на бойкот иностранных государств . Запрет на бойкоты Израиля на фоне абсолютной свободы бойкотировать отдельные штаты США демонстрирует двойные стандарты , которые Смит и Карлсон подробно разберут в следующей части интервью.
4. Ловушка коллективизма, новые стандарты политики и дегуманизация «чужих» 1:15:24
Двойные стандарты вокруг бойкотов Израиля 1:15:24
Дэйв Смит указывает на глубокие двойные стандарты, существующие в американском политическом поле вокруг темы Израиля . В то время как внутри США бойкоты различных брендов, компаний и даже целых штатов являются привычным и легальным инструментом гражданского выражения, любые общественные попытки бойкотировать Израиль сталкиваются с жестким законодательным противодействием на государственном уровне. Смит отмечает лицемерие тех, кто громко осуждает антисемитизм в социальных сетях , но полностью закрывает глаза на аналогичные проявления ненависти к другим группам.
Для самого Смита, как участника публичных дебатов, эти медийные перекосы создают постоянные трудности, вынуждая его регулярно оправдываться за чужие радикальные высказывания в интернете, которые оппоненты используют как оружие . Он призывает к введению единого этического стандарта для всех сторон . В качестве примера Смит приводит внешнюю политику США: невозможно искренне рассуждать о борьбе с терроризмом и «культами смерти», когда само американское правительство за последние четверть века разрушило целые государства, включая Ирак, Афганистан, Ливию и Йемен . Если намеренное уничтожение мирных граждан признается абсолютным злом, этот критерий должен одинаково применяться как к действиям террористических группировок, так и к действиям правительств США или Израиля . По мнению Смита, только последовательный отказ от двойных стандартов может вернуть честность в политический дискурс .
Дегуманизация палестинского населения в США 1:16:16
Особое возмущение Дэйва Смита вызывает многолетняя систематическая дегуманизация палестинского народа, укоренившаяся в американском политическом истеблишменте . Политическая элита демонстрирует шокирующую готовность оправдывать массовую гибель мирных жителей и транслировать откровенную жестокость. Смит напоминает, как во время президентских дебатов Дональд Трамп использовал слово «палестинец» как прямое оскорбление в адрес Джо Байдена и Чака Шумера . При этом никто из либеральных критиков, годами боровшихся с любыми формами ксенофобии, не возмутился такой риторикой . Смит предлагает представить, какой колоссальный скандал разразился бы, если бы кандидат в президенты использовал в качестве аналогичного оскорбления слово «еврей» .
Символом этого цинизма стали действия Ники Хейли, которая демонстративно подписывала артиллерийские снаряды , предназначенные для ударов по секторам, где находятся женщины и дети. Смит описывает это как проявление настоящего культа смерти . Другим вопиющим примером стал флоридский конгрессмен Рэнди Файн, который в ответ на фотографию погибшего палестинского младенца опубликовал кровожадный комментарий . Несмотря на столь чудовищное заявление, Трамп впоследствии поддержал его кандидатуру на выборах . Смит подчеркивает, что среди палестинцев — как мусульман, так и многочисленных христиан — живет огромное количество прекрасных людей , и оправдание их уничтожения разрушает сами основы человеческой морали.
Новый стандарт открытости для будущих политиков 1:23:46
Тектонические сдвиги в медиапространстве кардинально изменили требования к публичным фигурам, особенно к кандидатам на пост президента США . Показательным примером стала предвыборная кампания Камалы Харрис, которая приняла решение отказаться от участия в популярном подкасте Джо Рогана . Смит считает, что с точки зрения предвыборного штаба это решение было тактически верным . Харрис, по своей сути и формату ведения кампании, абсолютно не способна выдержать трехчасовое неотредактированное и не отрепетированное интервью . В то же время Дональд Трамп, несмотря на все свои недостатки, идеально приспособлен для такого формата и легко может говорить в прямом эфире много часов подряд .
Выборы 2024 года зафиксировали новый стандарт в американской политике: кандидат в президенты теперь обязан проходить через формат длинных подкастов . В трехчасовой беседе без сценария невозможно удерживать фальшивую маску — зритель неизбежно видит истинную личность политика . Трамп провел множество таких эфиров и победил, тогда как Харрис попыталась спрятаться за старыми медийными форматами и проиграла .
Роль классического индивидуализма против коллективизма 1:29:24
Главным противоядием от безумия современной интернет-культуры и политической поляризации собеседники называют возвращение к классическому индивидуализму. Ранее в разговоре они вскользь касались децентрализации медиа, но здесь Такер Карлсон признается, что его личным жизненным правилом является ежедневная внутренняя концентрация на том, чтобы воспринимать каждого человека исключительно как уникальную личность . Дэйв Смит соглашается, отмечая, что индивидуализм служит надежной вакциной против коллективистского мышления . При этом он четко разграничивает классическую либеральную традицию и леволиберальное искажение этого термина .
Современные левые превратили индивидуализм в культ субъективных ощущений, когда любое мимолетное чувство объявляется абсолютной истиной . Настоящий индивидуализм эпохи Просвещения признает человека базовой единицей анализа: именно отдельные люди действуют, чувствуют, страдают, рождаются и умирают . Коллективизм же всегда стремится подчинить личность интересам группы или государства .
Смит указывает на концептуальную ошибку применения понятия «права» к целым государствам: правами обладают только люди, но не правительства . Поэтому тезис о «праве государства на самооборону» некорректен — защищать себя могут только конкретные граждане , и эта самооборона не дает им права уничтожать других невинных людей вокруг . В подтверждение этой мысли Смит ссылается на пролог к историческому циклу Дэрила Купера о Второй мировой войне . Купер пишет, что когда человек пытается заглушить в себе жалость к мирным жителям вражеской страны, этот внутренний голос дегуманизации принадлежит не ему самому, а внешней темной силе — той самой, что когда-то управляла нацистами .
🏛️ Моральный вес империи: цена войны, израильский вопрос и «глубинное государство» 1:40:49
🩸 Убийство невинных и ложный триумф: какова реальная цена победы? 1:40:49
Дэйв Смит убежден, что общество совершает опасную ошибку, когда начинает радоваться гибели людей, пусть даже и на стороне противника . Комментатор вспоминает ликвидацию Усамы бен Ладена: даже если его жена осознавала все риски нахождения рядом с террористом №1, её смерть не должна была становиться поводом для ликования в американском обществе . Любые призывы получать удовольствие от чужой смерти исходят от сил, которые человечество обязано отвергнуть .
В недавнем интервью на подкасте Лекса Фридмана , где подробно обсуждались критерии справедливой и аморальной войны , Дэйв Смит предложил гипотетический сценарий Второй мировой войны. В этой модели нацисты были ещё большим злом, реально угрожали захватить Северную Америку, а Советский Союз был абсолютно свободной страной . Представим, что для спасения планеты от вечного тоталитаризма нужно сбросить бомбу, которая гарантированно уничтожит нацистов, но убьет одну ни в чём не повинную шестилетнюю девочку .
Даже если в такой экстремальной ситуации правительство пойдёт на этот шаг, общество должно не праздновать, а ежегодно погружаться в глубокую скорбь . Однако современная Америка превратила войну в бизнес и приучила граждан к триумфальному ликованию («spiking the football») . Такер Карлсон соглашается с этим, отмечая, что государственные мужи обязаны действовать с колоссальным смирением . Забывая о границах собственного ума и морали, оправдывая любые жертвы высокими целями, человечество неизбежно приходит к геноциду .
Позже Дэйв Смит критикует позицию консервативного комментатора Мэтта Уолша. Уолш, комментируя дебаты Смита с Дугласом Мюрреем (дебаты подробно описаны в главе 1) , спросил, как именно Израиль должен уничтожить ХАМАС, если не текущими методами . Смит парирует: позиция защиты жизни не требует от человека готового государственного плана . Базовый моральный принцип «нельзя убивать младенцев» самодостаточен и не нуждается в дополнительных геополитических обоснованиях .
💸 Зрелое государство под собственную ответственность: прекращение финансирования Израиля 1:50:32
Смит решительно выступает за прекращение американской финансовой помощи Израилю, называя это логичным шагом для любого последовательного сторонника концепции «Америка прежде всего» (America First) . Влияние Израиля на американскую внешнюю политику не является теорией заговора — оно абсолютно публично . Беньямин Нетаньяху ещё в 2002 году выступал перед Конгрессом США как эксперт, убеждая свергнуть Саддама Хусейна ради «демократизации» региона . Тот же Нетаньяху активно лоббировал свержение Муаммара Каддафи в Ливии (о планах свержения которого говорилось в главе 1) и призывал к войне с Ираном .
Неоконсерваторы вроде Дика Чейни и Джона Маккейна годами продвигали эти военные авантюры . Совсем недавно США и Израиль разработали совместные планы войны с Ираном, и только отказ Дональда Трампа предотвратил катастрофу .
Дэйв Смит подчеркивает абсурдность ситуации:
- Израиль был создан в 1948 году, на дворе уже 2025 год .
- Зрелое государство должно научиться обеспечивать свою безопасность самостоятельно .
- Обычные люди принимают решения исходя из собственного бюджета, тогда как политики тратят заёмные миллиарды .
Бесконечное спонсирование Израиля позволяет его лидерам выступать с трибуны ООН с пафосными заявлениями о том, что «нет места, куда бы не дотянулась рука Израиля» . Смит резюмирует: если бы Нетаньяху не мог рассчитывать на кошелёк американских налогоплательщиков, риторика и действия Тель-Авива были бы гораздо более взвешенными .
🌋 Экзистенциальный тупик: почему война с Ираном погубит и Америку, и Израиль 1:54:41
Дэйв вспоминает свое удивление по поводу неоконсерваторов, поддержавших батальон «Азов» на Украине (о чем шла речь в главах 1 и 3) , и переходит к главной угрозе сегодняшнего дня — возможной войне с Ираном . Полномасштабное столкновение станет катастрофой, несопоставимой со всеми «войнами против террора» за последние 25 лет . Ссылаясь на авторитетных аналитиков вроде Джеффри Сакса и Джона Миршаймера , Смит отмечает, что Иран — это не очередной ближневосточный «пушистый» противник . У Ирана достаточно конвенционального оружия, чтобы нанести тяжелейшие потери американским войскам и полностью уничтожить инфраструктуру Израиля .
Самая большая ирония заключается в том, что люди, громче всех кричащие об экзистенциальной угрозе Израилю, сами же её и создают . ХАМАС никогда не представлял смертельной угрозы для выживания израильского государства , но толкание региона к большой войне с Ираном ставит под вопрос само существование еврейского государства .
Такер Карлсон делится личными переживаниями: он искренне любит Иерусалим и считает его величайшим городом мира, но сегодня он бы не решился там жить из-за безрассудства израильских политиков и их американских лоббистов вроде Марка Левина . По мнению Смита, Левин и его единомышленники буквально толкают Израиль в пропасть . Вся дискуссия искусственно смещается: вместо признания факта оккупации палестинских территорий с 1967 года, публичное поле заполняется вопросами вроде «имеет ли Израиль право на защиту?» . Равно как и в ранее обсуждавшихся темах атеизма и веры (подробнее в главе 2) , оппоненты используют грязные приёмы дебатов, смещая фокус с главного на второстепенные детали .
🕵️♂️ Заговор против Никсона и ложь спецслужб: изнанка американской «демократии» 2:02:41
В финальной части беседы Смит и Карлсон обращаются к историческим прецедентам государственного заговора. Когда человек начинает глубоко изучать историю США — от убийства Кеннеди до трагедии 9/11 — его прежняя картина мира рушится . Официальная версия Комиссии Уоррена по убийству Кеннеди была откровенным прикрытием . Если правительство способно скрыть детали убийства собственного демократически избранного президента, то не существует преступления, на которое оно не пошло бы ради сохранения власти .
Ярким примером манипуляции «глубинного государства» является Уотергейтский скандал и фигура Ричарда Никсона . Никсон, выигравший выборы 1972 года с колоссальным перевесом голосов в истории США , был целенаправленно смещен спецслужбами. Такер Карлсон, знавший многих участников тех событий лично, приводит поразительные факты:
- Журналист Боб Вудворд, «раскрывший» Уотергейт в возрасте всего 28 лет, до этого служил офицером военно-морской разведки в Белом доме Никсона .
- Легендарный информатор «Глубокая глотка» (Deep Throat) Марк Felt оказался заместителем директора ФБР .
- Джеральд Форд, занявший пост президента после отставки Никсона, ранее входил в ту самую Комиссию Уоррена .
Всё это указывает на скоординированную операцию спецслужб по отстранению неугодного президента . Понимание этой правды не делает человека антиамериканским биготом; напротив, критический анализ власти — это основа здорового общества .
🏛️ От личного откровения к абсолютной свободе слова: как Дэйв Смит обрел веру и независимость 2:06:09
Молитва в коридоре больницы: как убежденный атеист нашел Бога 2:06:09
Разговор о глубоких мировоззренческих переменах заходит с вопроса Такера Карлсона о том, стал ли Дэйв Смит замечать вокруг себя больше людей, открыто говорящих о Боге, чем десять лет назад. Дэйв признается, что он сам является ярким примером такого человека, ведь еще десятилетие назад он был убежденным атеистом . Поворотным моментом, навсегда изменившим его жизнь, стало рождение первой дочери .
Дэйв Смит с теплотой рассказывает о своей супруге, называя ее «самой потрясающей женщиной» , невероятно умной, доброй и бескорыстной . До встречи с ней Дэйв вел жизнь убежденного холостяка и сознательно избегал серьезных отношений , опасаясь контроля со стороны партнерш. Однако будущая жена полностью изменила эти представления, всегда поддерживая его начинания, что и привело к их счастливому браку .
Когда подошел срок родов, супругам пришлось отправиться в больницу Lennox Hill Hospital на Манхэттене для стимуляции родовой деятельности . К этому моменту Дэйв Смит, в юности бывший воинствующим атеистом, лишь слегка начал сомневаться в некоторых атеистических догмах, но все еще оставался неверующим .
Все изменилось, когда анестезиолог попросил будущего отца выйти из палаты на время введения эпидуральной анестезии . Оказавшись один в коридоре родильного отделения , Дэйв внезапно осознал хрупкость человеческой жизни. До него впервые дошло, что роды могут пойти не так, и он рискует потерять и жену, и ребенка, оставшись в абсолютном одиночестве . Это внезапное чувство бессилия и невозможности контролировать ситуацию вызвало у него слезы .
В этот критический момент Дэйв Смит впервые в жизни начал искренне молиться . Он не просто обращался к Богу, а пытался «договориться» с Ним , обещая стать лучшим мужем и отцом, чаще звонить матери и исправить все свои жизненные недостатки . Несмотря на последующие осложнения при родах, все закончилось благополучно .
Этот опыт стал для Дэйва глубоким интеллектуальным переломом . В момент пикового страха он не размышлял гипотетически о существовании Творца — он со стопроцентной уверенностью знал, что Бог реален и требует от него быть хорошим человеком . Смит сравнивает эту уверенность с очевидным знанием о существовании реального собеседника перед ним . С тех пор Дэйв Смит молится ежедневно , никогда не прося у Бога личных благ или успеха, а лишь молясь о здоровье своей семьи и выражая глубокую благодарность за все, что имеет .
Испытание успехом и детское заземление 2:14:06
Наблюдая за ростом популярности своего гостя, Такер Карлсон отмечает, что Дэйв Смит находится на пороге колоссальных жизненных изменений . Ведущий прямо прогнозирует резкий рост доходов комика в ближайшем будущем благодаря его востребованности и нахождению «на правильной стороне истории» . Такер интересуется, не боится ли Дэйв классической ловушки успеха: получить все желаемое и стать несчастным .
Дэйв Смит уверенно заявляет, что подобные опасения его не тревожат . Он объясняет это тем, что признание пришло к нему в зрелом возрасте, а не в 20 или 30 лет, когда тщеславие могло бы легко вскружить голову . Дэйв четко понимает ценность денег: они важны для него исключительно как инструмент защиты и обеспечения безопасности своей семьи, но не как источник личного счастья .
Главными факторами, удерживающими его от звездной болезни, Дэйв называет свою жену, чьим мнением он дорожит больше всего на свете , и маленьких детей, которым абсолютно безразличен статус их отца . Смит с улыбкой вспоминает забавный случай в ресторане : владелец заведения подошел к их столику, чтобы выразить свое уважение и пожать руку комику . Когда мужчина ушел, его шестилетняя дочь спросила, почему этот человек поздоровался с ним . Услышав ответ жены, что их папа знаменит, девочка лишь равнодушно взглянула на отца и тут же вернулась к изучению детского меню . Подобные моменты, по мнению Смита, прекрасно заземляют и не дают потерять связь с реальностью .
Цена свободы слова: почему независимость от долгов и инвесторов спасает от самоцензуры 2:16:44
Переходя к теме профессиональной деятельности, Дэйв Смит подчеркивает, что его способность открыто высказывать альтернативное мнение обусловлена отсутствием уязвимости перед медийным давлением . Он отмечает, что в современном мире человека практически невозможно «отменить» или исключить из публичного поля, если его поддерживают такие крупные независимые платформы, как шоу Джо Рогана или проекты Такера Карлсона . Эта поддержка дает интеллектуальное прикрытие для честных авторов .
Такер Карлсон развивает эту мысль, указывая на прямую связь между финансовой независимостью и свободой слова. Ведущий формулирует важное правило: зависимость от чужих денег гарантированно лишает свободы, даже если сами по себе деньги не приносят счастья .
Карлсон подчеркивает, что отсутствие долгов и сторонних инвесторов — ключевой фактор, определяющий его собственную независимость . Дэйв Смит соглашается с этим, добавляя, что его базовые профессиональные навыки стендап-комика позволяют ему выживать автономно, организуя живые выступления в любой ситуации .
Собеседники приводят в пример Мэтта Уолша, который высказывает смелые мысли , но все же работает в рамках крупной медиаструктуры Daily Wire . Карлсон, вспоминая свой 15-летний опыт работы на Fox News , отмечает, что в любой крупной корпорации сотрудники неизбежно начинают заниматься самоцензурой — даже неосознанно взвешивая, не повредит ли их высказывание компании . Настоящая свобода мысли возможна только при полной институциональной и финансовой независимости .
В завершение встречи Такер Карлсон с юмором напоминает о прошедших дебатах Дэйва Смита с писателем Дугласом Мюрреем , которые собеседники подробно анализировали ранее в разговоре. Такер резюмирует, что считает Смита по-настоящему смешным и глубоким аналитиком, выражая надежду на его скорое возвращение в студию .
